-Подписка по e-mail

 

 -Поиск по дневнику

Поиск сообщений в presviteros

 -Статистика

Статистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
Создан: 17.03.2006
Записей: 2524
Комментариев: 18803
Написано: 23485

Любовь супружеская (продолжение)

Понедельник, 24 Марта 2008 г. 13:45 + в цитатник

XVI

"Что ж, по вашему, муж имеет право насильственно удерживать жену? - спросит меня читатель. - Любишь не любишь, а изволь жить со мной?"


Конечно, нет, отвечу я. Насилие и в этом случае, как во всяком, я считаю и грехом, и ошибкой. Пусть будут сняты все юридические принуждения, пусть супруги расходятся и изменяют, если это люди слишком слабые, дурные, - но на это не должно быть дано даже и тени разрешения нравственного. Тогда бы все знали, что есть в жизни хоть одно требование абсолютное, несговорчивое, неизвиняющее, есть некий вечный суд неумолимый, для всех одинаково равный, неизменный. Я считаю, что общество верующих не может принуждать к браку никакими иными средствами, кроме нравственного мнения; поэтому юридическое деление браков на законные и незаконные с ограничением прав супругов и детей, прав по наследованию и пр., юридическое подчинение жены мужу - все это мне кажется заслуживающим отмены. "Незаконные", например, дети, чем они виновны в грехах родителей? Они не должны быть унижены; обида их не нужна обществу и составляет грех. Точно также законные супруги не должны быть принуждаемы жить друг с другом. Ничего нельзя иметь и против полного гражданского равенства невенчанных супругов с венчанными, но нравственного равенства супругов верных и неверных друг другу не может быть допущено. Тут я желал бы со стороны общества верующих в нравственный закон неумолимой строгости, так как, повторяю, не только человеку не дано, но даже и с Божьей властью несовместимо изменить нравственный идеал. А все дело церкви - в бережении этого идеала, в торжественном его провозглашении, в утверждении его среди людей, как некоей неподвижной твердыни, на которой могла бы строиться жизнь человека.

Часто слышишь: "Он должен дать ей развод", "она так великодушна, что дала ему развод". Считается нравственным освободить супруга от его обязанностей. Но мне кажется, тут большая и странная ошибка. В совершенно той же мере, в какой супруги не имеют нравственного права принуждать друг друга к чему-либо, они не могут и освобождать один другого от обязанностей, которые не ими созданы, а предустановлены вечно, на все роды и века, как всякий Божий закон. Муж не смеет разрешить жене измену, как и жена мужу, так как ни земная, ни небесная власть не может разрешать греха. Муж, конечно, должен помиловать неверную жену, пожалеть ее, простить, но только простить: оправдать же ее он не может. Простить - это значит привести себя в такое состояние, когда обиды не чувствуешь, не сердишься за нее, а по-прежнему любишь человека (и даже больше любишь, жалея его грех). Простить не только должно, но и нужно, т.е. это вовсе не трудно для доброго человека. Но как можно оправдать дурной поступок, разрешить его, если у вас есть совесть? Ничто в мире не может сделать правым - неправое, и в этом-то и заключается абсолютное значение всякого поступка, хорошего и дурного. Это самая первоначальная из основных аксиом: всякая вещь есть то, что она есть и не может быть одновременно иной. Грех прощенный все же есть грех и ничто не может сделать его как бы добродетелью.

Супруг изменяет супругу - нигилисты, как и большинство псевдохристиан, считали это вздором, нарушением частной сделки. Но в этой измене затронуто и третье лицо - Бог, необходимый член всех наших союзов и отношений. Брак, как и всякая иная связь, есть в то же время и соединение с Богом (если союз свят) или разрыв с ним. Измена человека человеку есть в то же время измена Богу. И напрасно думают, что Бог - "долготерпеливый и многомилостивый" - равнодушно относится к отступничеству от Него. Высочайший закон жизни не карает и не казнит никаким иным способом, кроме того, который заключается в самом грехе: вы отступили от закона и сразу очутились в условиях внезаконных, внежизненных и потому мучительных, а иногда и гибельных. Если вы, стоя на вершине башни, вздумаете пренебречь законом тяготения и броситесь в пространство, то в самом этом поступке будет и наказание ваше. Закон жизни, благодетельный, жизнетворный, тотчас обращается в смертный приговор, раз вы не подчинились ему. Он-то, закон, исполнится: "скорее небо и земля прейдут, нежели нарушена будет йота из закона". Воля Божия исполняется ненарушимо, хотим мы этого или нет, и если хотим, то мы живы, если нет - мы страдаем и умираем. Изменивший человек напрасно думает, что он избегнет кары: в том или ином виде она его настигнет. Мы видим, что в брачных отношениях всего счастливее супружества целомудренные, не связанные похотью (напр. хорошие влюбленные до венца или хорошие старики, на склоне дней). Менее счастливы супруги верные друг другу, но живущие только плотским союзом: ссоры между ними неизбежны. Но все же, раз зло физических вожделений ограничено до минимума, до границ одной пары людей, оно еще выносимо и представляет даже предмет зависти для других семей. Несравненно несчастнее браки нецеломудренные и нечестные, где жена изменяет мужу или он ей, или оба вместе. Такое супружество ужасно, оно - сплошная драма, часто безмолвная, с проглатываемыми слезами, с невидимыми терзаньями... но тем она ужаснее.

XVII

Но что делать, если одна или обе стороны ошиблись в выборе и брак вышел неудачным? Неужели оставаться весь век прикованными друг к другу, ненавидящими, презирающими один другого? Не разумнее ли попытаться снова выбрать, с большим тщанием, с меньшим риском ошибки? "Семь раз примерь и один отрежь", - говорит мудрая пословица...

Я согласился бы с этою мудрой пословицей, если бы не видел, что на основании ее большинство "примеривают" к себе возлюбленных слишком заботливо - и даже больше, чем по семи раз... Иные весь век занимаются этой примеркой под предлогом, что их возвышенная душа не может, видите ли, найти совершенного, вполне достойного их человека. До седых волос, до фальшивых зубов примеривают... Но я не знаю, зачем таким дамам и кавалерам прибегать к софизмам, зачем оправдываться? Вы скажете: но если одна сторона опротивела другой, неужели она имеет право требовать продолжения плотской связи? Не превратится ли такая связь в нечто крайне безнравственное и гадкое? Не явится ли подобный брак худшим из возможных рабств, не будет ли он ложью и перед Богом, и перед людьми?

На эти вопросы я отвечаю: да, да, подобный брак будет развратом, рабством, ложью, и требовать продолжения плотской связи не может нелюбимая сторона. Я замечу только, что требовать соблюдения этой связи не может даже и любимая сторона. В самом счастливом браке, при взаимном влечении, связь ни для одной стороны необязательна; напротив: даже в таком браке соединение плотское есть некоторый грех, простимый лишь в меру его невольности. Но если каждый из супругов имеет нравственное право отказаться от продолжения плотского союза, то это не значит, что тем самым она дает или получает право на новую плотскую связь. Брак есть взаимный и вечный долг сотрудничества с обоюдной порукой, и отказаться от него честные люди могут только при безусловной невозможности выполнить его когда-нибудь. Неуплата одного долга не дает человеку права заключать другой. Доказанное банкротство в одном случае, наоборот, лишает всякого кредита и в будущем. Я думаю, что если супруги сходились без отвращения, то и в дальнейшей жизни не может возникнуть идиосинкразии, того неодолимого физического отвращения, при котором брак был бы невозможен. Если отвращение является, то как гипноз очень дурной совести. Дурной муж искусственно старается уверить себя, что жена его состарилась, сделалась безобразной, и добивается того, что, наконец, и действительно она ему делается противной. А если вступать в брак честно - по искренней симпатии, - честно оберегать его, воспитывая взаимную любовь, то отвращенье никогда не явится. И ничто так не способствует охлаждению физическому, как мысль, что можно переменить человека; в любовных связях вне брака люди охладевают друг к другу гораздо быстрее, чем в браке, а если брак нерасторжим не только по закону, но и по обычаю, как в религиозных общинах, то о физическом отвращении между супругами и вовсе не слышно. Все дело в окружающем соблазне и внутренней способности сопротивления ему. Опасность физического охлаждения в самом счастливом браке не только возможна, но и неизбежна, но следует, готовясь к ней, охранять свою любовь духовную с величайшим тщанием, избегая соблазна, а не ища их. Если же влюблены души, то и тела охотно мирятся с отсутствием страсти; некоторое физическое равнодушие для людей нравственных не тягость, а облегчение.

Что же делать, если брак вышел неудачным? Да что же делать, - нужно, я думаю, посмотреть, отчего он неудачен и устранить причины раздора. "Но я его не люблю, он мне противен!" - восклицает жена. "Не любить человека грех, - отвечу я. - Постарайтесь усовестить себя, взглянуть на нелюбимого мужа как на человека, как на существо такое же, как и все, слабое, несовершенное, но нуждающееся в любви, и как все достойное любви". "Я люблю другого, я стремлюсь к нему всем существом моим, только с ним я могу быть счастлива". На это можно заметить: если вы любите другого любовью страстной, то она преходяща и на ней нельзя основывать брака, если же любите его любовью чистой, как брата, то это не мешает вам оставаться при муже. Именно потому, что вы мужа не любите, ваш нравственный долг остаться при нем до тех пор, пока не будет восстановлена любовь. Вашею жизненною задачей должно сделаться примирение с человеком, который стал противен вам. "Заставить себя любить противного человека нельзя. Насильно мил не будешь. Любовь от человека не зависит". Да, дурная любовь - плотская - от него не зависит, но она и не нужна для брака. Нужна любовь дружеская, святая, и сознание долга. Святая любовь упраздняет грешную, и она в меру усилий зависит от человека. Не для телесного наслаждения вы заключали союз супружеский, и если оно исчезло, союзу еще нет основания рушиться. Если же вы вступали в союз для наслаждения, то проституировали оба, и брак ваш опоганен в его корне; нужно возвратиться к тем условиям, которые делают брак чистым. А чист брак бывает лишь тогда, когда жена, по слову Божию, есть помощник мужу во всем, что составляет жизнь их. Помогать нельзя в наслаждении; помогать можно только в страдании, при недостатке сил ближнего. Как в трогательной молитве Товия, когда в первый раз он остался с молодой женой, в которую был влюблен демон: "И ныне, Господи, я беру сию сестру мою не для удовлетворения похоти, но поистине как жену: благоволи же помиловать меня и дай мне состариться с нею!" И она сказала с ним: Аминь". Вот если бы все браки заключались при таком чистом взгляде на брак, не было бы, я думаю, "неудачных" союзов, настолько неудачных чтобы захотелось повторить опыт. И муж, и жена, глядя друг на друга не как на предмет наслаждения, а как на помощника в жизни, были бы легко удовлетворены, так как в качестве помощников все люди - если захотят - бывают удовлетворительными, тогда как давать наслаждение или давать выгоду не зависит от воли человека и обусловлено случайностью крайне шаткой. Способность давать наслаждение дается половою страстью - чувством, крайне обманчивым, мимолетным, почему и браки, основанные на этой страсти, рвутся как платье, сшитое гнилыми нитками. Способность же быть хорошим помощником в жизненном пути дается сердечной дружбой, уважением, согласием миросозерцании, вкусов. И браки, основанные на такой любви, единственно прочные; они одни не ведут к изменам, так как истинная дружба постоянна; на нее не действует ни потеря красоты и молодости (как в половой любви), ни потеря здоровья, ни разлука, ни новое "увлечение". Если бы брак ваш, отвечу я на предложенный выше вопрос, был основан на святом чувстве, то оно не обмануло бы вас и не было бы никакой измены, никакой неудачи, никаких загадок: "что делать, если" и пр. Половая страсть, как и расчет - одинаково mesalliance души, союз неестественный и потому неизбежно несчастный.

Но что же делать, однако, если люди все-таки впали в ошибку, по недостатку ли нравственности или... "Всегда по этому последнему недостатку", - прерву я. Только по недостатку совести подобные ошибки возможны. И раз у людей не достает этого "Духа Святого", никакие решения невозможны. Если от недостатка совести у вас первый брак вышел дурным, то будьте уверены, что то же самое повторится и при следующих связях. Во все свои "пробы" вы внесете ту же свою бессовестность, ту же способность идти на компромисс, тот же злой и вздорный характер и пр. "Не я виновата в нашем неудачном браке; муж виноват. Он меня не понимает, мучит" и пр. и пр. Вот именно то, что вам кажется, что не вы виноваты, доказывает более всего, что виноваты именно вы, - целиком или в значительной мере. Правые люди (справедливые) склонны всегда винить себя, и всегда найдут достаточно для этого оснований.

Конечно, брак немыслим при физическом отвращении супругов: при нем немыслима даже проституция. Но это не значит, что брак должен быть основан и на физической любви. Предлогом для брака не может быть ни половая любовь, ни даже любовь братская. Половая любовь слишком непрочна: она длится не долее двух-трех лет, а чаще и того менее, на нее влияет здоровье, возраст, появление соперников и т.п. Брать основою брака столь зыбкую почву все равно что строить здание на песке. И какой же это нравственный союз, раз основа симпатии - физиологическая? Стоило Абеляру потерпеть увечье - и он охладел к Элоизе. А сколько Абеляров охладевает даже без этой, даже без всякой причины к своим женам и те к ним!

Не может быть поводом к браку и дружеская любовь; любить такою любовью можно многих, если не всех. Нельзя же на основании этого вступать в брак со многими. Дружеская любовь необходима для хорошего брака, но не как повод, а как одно из коренных условий - вроде того, как для брака необходимо иметь и рассудок, и некоторое физическое здоровье. Без них нельзя, но поводом к браку они служить не могут; точно так же и дружба. Поводом и основою брака может служить только цель, указанная при творении: необходимость человеку иметь помощника, помощника не только в жизненном труде, но и в нравственном подвиге, для которого человек посылается в мир, и для деторождения, необходимого для совершенствования тех душ, которые еще слишком далеки от идеала. И если встречаются мужчина и женщина, которые из всех пригоднее для помощи друг другу, - это есть и повод, и основа брака, а вовсе не любовь.

XVIII

Закон ненарушимой супружеской верности, конечно, труден для людей безнравственных. Он может показаться им даже губительным законом, отравляющим всю радость жизни. Для человека с издерганными нервами, с раздраженной похотью, целомудрие столь же тяжело, как для запойного пьяницы - воздержанность от водки. Чахоточная грудь не выносит свежего воздуха, больные глаза не выносят света. Но до сих пор еще никто не признавал свет и чистый воздух ошибкою природы, тогда как супружескую чистоту многие считают заблуждением. Нравственный закон дан не для больной совести, а для здоровой, и для той он не труден; здоровый дух не только не губится этим законом, но извлекает именно из него силу жизни, как здоровая грудь из чистого воздуха. Для людей нормальных супружеская верность есть не только не трудное, но естественное состояние, самое приятное и полезное. Потому-то это и закон, что он указывает наилучшее состояние, от которого отступая вы впадаете в болезнь. "Прекрасно, - решит иной читатель, - если я человек порочный, то значит, для меня нужен другой закон. Если мои больные глаза режет свет, то не должен ли я заслониться от света? Если изменять жене - моя потребность, то не должен ли я удовлетворить ее? Ведь иначе я буду страдать, как пьяница без водки. Пусть для здоровых, нравственных людей пригоден один закон, - позвольте нам, больным и безнравственным, иметь другой!

На это я замечу, что если вы хотите оставаться больными и безнравственными, то, конечно, для вас нужны иные условия: не греша, нельзя быть грешником. Вопрос в том только, хорошо ли, имея больные глаза - не лечить их, или будучи пьяницей - не вытрезвиться?

К болезни и пороку человек иногда так привыкает, что эти состояния делаются для него второю природой: несчастному трудно отстать от того, что составляет его радость. Дошедшие до такого перерождения почти безнадежны. Не верьте пьянице, когда он раскаивается в пьянстве, не верьте развратнику, который бранит этот порок. Оба неискренни; в глубине сердца оба любят эти свои язвы и стараются растравить их. У них уже нет воли, чтобы захотеть здорового, чистого счастья. Им хочется поганого. Они почти безнадежны, но именно потому-то им и нужно собирать в себе все остатки духа, чтобы стряхнуть с себя этот кошмар и хоть медленно придти в себя. Если они не сделают этого спасительного усилия, они погибнут - нравственно, если не физически; по наклонной плоскости греха они дойдут до его пределов. Но спасительное усилие доступно не всем: для этого нужно все-таки сознавать себя больным, порочным. Всякий возврат начинается в сознании, и только тут, где человек свободен, он может начать эту необходимую борьбу. Ни в какой иной области, кроме сознания, в таинственном первоисточнике наших действий. Но как бы чувствуя, что именно в сознании возможен поворот к лучшему, дамы и кавалеры, стоящие за свободу брака, стараются всячески затемнить свое сознание, смутить его теориями и софизмами, направить подальше от совести. Оба пола - особенно в лице своих литературных представителей - беллетристов и беллетристок, поэтов и поэтесс - ухищряются измену выставить как право, прелюбодеяние как любовь, половую страсть как самый разум жизни. Поразительна горячность, с которою нечистая совесть хочет оправдать себя, когда не чувствует сил отказаться от грязи.

Нравственное требование нерасторжимости брака непонятно тем людям, которые не знают пределов нравственности вообще. Большинство людей признают лишь один предел - верхний, так называемый идеал, который, по ложному современному учению, будто бы недостижим и достигать который поэтому необязательно. Поэтому верхний предел нравственной жизни реально не существует для людей. О том же, что кроме верхнего предела поведения есть еще и нижний, большинство даже не догадывается. Допускают, что по слабости своей человек может творить любую мерзость и нет разницы между большим и малым грехом. Но нравственное сознание устанавливает предел для падения человека, ниже чего он спускаться не должен - если не желает гибели своей. Кроме идеала, достижимого лишь при крайнем напряжении духа, существует заповедь, соблюдать которую доступно даже малым силам, если не рассеивать их в распутстве. Для каждого порядка отношений человека - к Богу, людям и себе - установлены заповеди; в отношении супружества такою заповедью служит верность брачная. Падать ниже этой ступени не только опасно (опасность начинается уже в нарушении целомудрия), но прямо гибельно, что и доказывается тысячью примеров.

XIX

В правильно устроенном, нравственном обществе люди должны вырастать в сознании, что брак нерасторжим, что это не шутка, не "инцидент" в жизни мужчины и женщины, а великое таинство, как бы второе рождение в мире, начало новой жизни. На брак должны глядеть с трепетом, как на священный и роковой союз, из которого нет выхода и к которому приступать нужно не с легким сердцем, а в сосредоточении духа своего, приняв великое решение, как бы заклятье. До брака человек ответственен только за себя; вступая в брак, он возлагает на себя царственный венец забот за жену и детей и внуков, за нравственную судьбу всего рода. Вступая в брак плотский, человек падает с своей духовной высоты, как бы теряет "ангельский чин", состояние невинной свободы и чистоты. До этого ничем не связанный телесно, кроме самого себя, вступающий в брак погрязает в чужой плоти и начинает какую-то новую животную жизнь рядом со своею. Великое испытание - и нужна большая сила, чтобы выдержать его. Раз человек оказывается не в силах удержаться от этого падения, он должен найти в себе силы остановиться на пределе греха невольного, и неразрывный супружеский союз именно представляет такой предел. Ниже этой ступени начинается вольный грех, нарушение закона жизни, разврат. Человек, один лишь раз изменивший человеку, изменит и второй, и третий раз, как справедливо говорит Ларошфуко: "On peut trouver des femmes qui n'ont jamais eu de galanterie; mais il est rare d'en trouver qui n'en aient jamais eu qu'une" ("На свете немало таких женщин, у которых в жизни не было ни одной любовной связи, но очень мало таких, у которых была бы только одна" ("Максимы").).

Мы видим счастливые браки только в том случае, когда перед ними не было измены. "Бери жену не богатую, бери непочатую", - говорит народная мудрость. Ни с мужчиной, изменившим своей жене, ни с женщиной, изменившей мужу, невозможны новые прочные союзы; новый -брак всегда оказывается повторением старого. Оттого браки на "разведенных" столь неудачны; изменив одному мужчине, женщина изменяет всем мужчинам - дело только в очереди, в подходящих условиях, в удобстве измены. Явятся благоприятные условия, и будьте уверены, что женщина вам изменит, как бы ни любила вас, как бы ни клялась в верности. Что такое клятва в устах человека, сердце которого уже однажды доказало свою лживость? То же и мужчина; обманувший одну, он непременно обманет многих, и если не обманет, то не по своей добродетели, а вследствие каких-нибудь препятствий. В том и состоит проклятие всякого греха, что, раз допущенный, он неистребим и живет в душе как семя, ждущее благоприятных условий для своего роста. Раз согрешил - и ничем не вычеркнешь доказательства, что способен согрешить: открывается вечная опасность и необходимость Вечной борьбы с нею. Поэтому именно и важно, в высочайшей степени важно, чтобы предупрежден был первый грех, первая измена, и в супружестве поэтому-то и необходим абсолютный закон верности. Этот закон оберегает лучшую часть супругов - еще верных друг другу: подобно тяготению в физическом законе, он сплачивает, привязывает друг к другу тех, которые, по слабости души, недостаточно связаны святой любовью. Нерасторжимый брак представляет как бы искусственные плотины для удержания растекающейся драгоценной влаги, для сосредоточения жизни супругов по определенному направлению их семейного долга. Это союз дисциплинирующий, воспитывающий, скрепляющий основы общества. Естественное следствие супружества - дети, но для них естественная колыбель - нерасторжимый родительский союз. Бесконечно жалка участь детей покинутых, а свобода брака немыслима без измены детям, без отречения от них отца или матери.

XX

В трогательных молитвах церкви, благословляющей жениха и невесту, особенно часто испрашивается "единомыслие душ и телес", "единомудрие", "нескверное ложе", "непорочное сожительство", "сочетание нерастерзаемое", "любовь совершенная, мирная и помощь", "целомудрие", "святое соединение", "обручение в вере, истине и любви" и пр. и пр. Присутствуя при этом торжественном, полном строгой поэзии обряде, ясно видишь, насколько древнее "общество верующих" глубже и серьезнее относилось к тайне жизни, насколько чище ставились тогда цели ее. Признавая, что брак должен быть нерасторжим, по слову Божию, церковь допускает второй брак лишь как великую крайность и о второбрачных молится как о людях падших, которые не в силах были удержаться от падения. "...Ведый немощное человеческого естества, создателю и содетелю: иже Рааву блудницу простивый и мытарево покаяние приемый, не помяни грехов наших неведения от юности. Аще бо беззакония назриши Господи, Господи, кто постоит Тебе или кая плоть оправдатися пред тобою... Дай им (брачующимся) мытарево обращение, блудницы слезы, разбойниче исповедание, да покаянием от всего сердца своего, в единомыслии и мире заповеди Твои делающе, сподобятся и небесного Твоего царствия". В следующей молитве еще выразительнее объясняется взгляд церкви на второй брак. "...Очисти беззакония рабов Твоих: зане зноя и тяготы дневныя и плотскаго ражжения не могуще понести во второе брака общение сходятся, яко же... апостолом Павлом рекий нас смиренных: лучше есть о Господе посягати, нежели разжизатися... помилуй, прости, очисти, ослаби, остави долги наша... Токмо Ты еси плоть носяй безгрешно и вечное нам даровавый безстрастие".

В то время как первобрачные, не нарушившие долга верности, вызывают в молитвах воспоминание о библейских супругах - Аврааме и Сарре, Исааке и Ревекке, Иоакиме и Анне и пр., - второбрачные напоминают церкви блудницу Раав, мытаря и разбойника, спасшихся, правда, но лишь чрез слезное раскаяние. Дальнейших же нарушений супружеского союза церковь не признает вовсе, т.е. отказывается даже молиться за такой грех, не надеясь вымолить Божеского снисхождения.

Нерасторжимость христианского брака кажется многим излишнею строгостью, но эта строгость объясняется лишь более глубоким пониманием истинного закона брака. Все языческие виды брака, от гетеризма до полиандрии и полигинии, суть крайне грубые, отдаленные, неверные догадки об этом законе, это как бы окружности, начерченные шаткою рукой ребенка. Только христианство дало своего рода математически точное изображение этого закона, обведя его как бы циркулем. Только в христианской нравственности есть идея центра, дающая возможность определить точную сферу всех жизненных вопросов, в том числе и супружеского.

Современное учение о свободе брака, я уверен, будет когда-нибудь отброшено, как очень скудное, очень грубое. Поймут же когда-нибудь, как мало благородства в измене, как мало поэзии и святой радости в многобрачии. Людям порочным нерасторжимый брак кажется смертельно скучным, они стремятся менять связи, увлекаться - до самой старости. Это будто бы дает "содержание жизни", обогащает ее. Но это очень грустная ошибка. Жизнь бывает прожита, и после многих увлечений не оказывается ни одной дружбы, ни одной горячей, родственной привязанности. Одиночество - обыкновенный удел изменников; презрение обманутых - единственная память о них. Как мот, проживший свое состояние, видит себя нищим под старость, так человек неверный с унынием вспоминает, как много разбросал он чувства на людях, которых нет вблизи, которые не могут вспомнить с ним прошлые годы, годы общей жизни. Какая бедная, прозаическая история - история какого-нибудь селадона. Она вся из завязок и развязок, между которыми нет ничего самого важного - жизни. Жизни некогда сложиться, когда одна "любовь" сменяет другую, одни впечатления вытесняются другими, одно лицо - рядом других. Роман такого селадона похож не на жилой дом с его семейною историей, а на прохожий двор, где много людей и нет между ними никакой связи. Только неразрывный брак, заключенный между чистыми людьми, дает ценное содержание жизни. Только долгое сожительство сплачивает души супругов в нечто одно, углубляет взаимные впечатления, дает возможность накапливаться воспоминаниям, делает из жизни поэму. Поэзия жизни, невозможна без некоторой дали, без то теряющихся, то вновь возникающих в памяти силуэтов, без накопления многих событий, многих радостей и многой скорби. Надо долгое время, чтобы составилось "прошлое", и только у тех супругов, у которых в молодости было одно будущее, в старости является одно прошлое. Постоянное присутствие в нашей жизни того же самого неизменного, верного друга и его участие в лучших мгновеньях делают его фигуру не только родною, но почти божественной. Верные, любящие друг друга супруги глядят один на другого с тем же религиозным чувством, с каким ребенок - на любящую мать, смотрят как на земное Провидение свое, как на существо, посланное свыше. В то время, как рассеявший свое сердце селадон под старость похож на одинокий, засохший ствол, верная супружеская чета обрастает, как кипучие жизнью праотцы-деревья, целыми поколениями родных существ, детей, внуков, правнуков, с которыми поддерживается союз общей радостной жизни. Если ранняя смерть и разорвет этот благословенный союз, память об исполненном долге, о непоколебимой верности украсит даже минуты смерти, тогда как умирающий изменник тяжело вздохнет о своей низости: тяжело уходить в вечность нечистым.

XXI

Чистота (тела и духа) - вот единственная тайна счастья в супружестве, как во всех иных состояниях человека. Совершенно напрасно рассуждать о прочности или непрочности брака, о его легкости или тяжести и т.п. Следует рассуждать не о состояниях человека, а о нем самом. Если оба супруга вполне безупречны, то и брак будет таким же. При обратном условии и результат будет обратный. И раз самый счастливый брак перестает давать счастье - верный признак, что один из супругов или оба нравственно понизились. Единственное спасение - вовремя заметить это падение и постараться исправиться. Если это удастся, то брак снова делается счастливым, если же нет, то он рушится, как рушится все прекрасное, не сумевшее отстоять своей первобытной свежести. Здесь мы снова подходим к основному нравственному закону: соблюдите совершенство свое - остальное все приложится вам. Истинно хорошие люди не могут вступать в иные отношения, как только истинно хорошие, а такие отношения ничего не дают, кроме радости. Жизнь же, сложенная из болезней и уродств, непременно будет несчастна. Если вы заключаете союз двух жизней для образования одной, для продолжения жизни в вечности, то и смотрите же на этот союз, как на святыню, и оберегайте же его с благоговением религиозным. Оберегайте спутника вашего как себя - и брак будет тем, чем он должен быть, - полнотою жизни.

 

 

 



Процитировано 3 раз



Professor_L   обратиться по имени Понедельник, 24 Марта 2008 г. 17:44 (ссылка)
обидно, большой текст, читать никто не станет
вот из этого бы выжимку краткую сделать
Ответить С цитатой В цитатник
shine_of_coqnizable   обратиться по имени Понедельник, 24 Марта 2008 г. 18:02 (ссылка)
мда... Все это вызывает чувство некоторой безнадежности.
Ответить С цитатой В цитатник
о_Евгений   обратиться по имени Понедельник, 24 Марта 2008 г. 19:56 (ссылка)
"В правильно устроенном, нравственном обществе люди должны вырастать в сознании, что брак нерасторжим" (Бурные аплодисменты)
Вот я в таком блаженном сознании женился и пребываю доныне, но при этом каждый день почти вижу (или как минимум слышу, если никуда не выхожу) людей, для которых такое представление о браке - не знаю даже, как сказать: непостижимо, что ли? да нет, вроде постижимо. А, знаю!
«Услышав о воскресении мертвых, одни насмехались, а другие говорили: об этом послушаем тебя в другое время.» Деян. 17:32
Ответить С цитатой В цитатник
presviteros   обратиться по имени Вторник, 25 Марта 2008 г. 10:40 (ссылка)
Маша, с Божье помощью на этом фронте все будет благополучно. Я в это верю :)

Ответить С цитатой В цитатник
shine_of_coqnizable   обратиться по имени Вторник, 25 Марта 2008 г. 16:32 (ссылка)
o_iliya, ну а я надеюсь ))
Ответить С цитатой В цитатник
Аноним   обратиться по имени Четверг, 12 Июня 2008 г. 16:26 (ссылка)
Очень понравилось, спасибо.
Ответить С цитатой В цитатник    |    Не показывать комментарий
Комментировать К дневнику Страницы: [1] [Новые]
 

Добавить комментарий:
Текст комментария: смайлики

Проверка орфографии: (найти ошибки)

Прикрепить картинку:

 Переводить URL в ссылку
 Подписаться на комментарии
 Подписать картинку